Много разных дискуссий возникает по поводу того, то Библия – это нечто незыблемое, священное и не подвергаемое анализу, поскольку она изначальна, ведь в ней хранится информация о творении мира и заповедях для верующих… И так как это священная книга, на которую все ссылаются, то как-то рука не поднимается подвергать сомнениям ее «избранность и изначальность». Однако, существует достаточное количество серьезных исследований, которые разбивают это представление в пух и прах. Библия-то оказывается компиляция древних текстов, особенно Шумерского происхождения! Предлагаем вашему вниманию переработанную и сокращенную главу из книги Самюэля Крамера «Шумеры», где эта концепция отражена в полном объеме. Для любопытствующих приводим выходные данные (Крамер Самюэль. Шумеры. Первая цивилизация на Земле/Пер. с англ. А.В. Милосердовой. –М.: ЗАО Центрполиграф, 2002)


Шумерское наследие в Библии, или Корни Христианских сюжетов…

Достижения шумеров в области религии, образования и литературы оказали глубокое влияние не только на соседние современные им цивилизации, но и на культуру современного человека, особенно, через древних евреев и Библию. Если провести обзор библейских сюжетов, обнаруженных в более ранней шумерской литературе, а также проанализировать различные верования, мотивы, сюжеты и ценности, бытовавшие у древних евреев, то можно обнаружить явные заимствования у древних шумеров.
Идеи и идеалы шумеров – религия, письменность, этика, система образования – были усвоены в большей или меньшей степени всеми народами Древнего Ближнего Востока.
Конечно, даже самые ранние части Библии, как принято считать, не древнее 1000 г. до н. э., тогда как большая часть шумерских литературных произведений была написана около 2000 г. до н. э. или немного раньше. Так или иначе, в Библии множество параллелей с шумерской литературой, что, несомненно, указывает на следы шумерского влияния.

Рассмотрим некоторые параллели.

1.    Сотворение вселенной.
Шумеры, как и древние евреи, полагали, что до сотворения существовало изначальное море. Вселенная, согласно шумерам, состояла из неба и земли, неким образом сплавленный в этом изначальном море, и бог воздуха Энлиль – не исключено, что это Руах-Элохим Бытия, - разделил небо и землю. 2.    Сотворение человека.
Человек, согласно и евреям, и шумерам, представлялся вылепленным из глины и наделенным дыханием жизни. Причина, по которой он был создан, - служение богам (у шумеров) или одному богу – Яхве (в случае  евреев) молитвами, услужением и жертвоприношением.
                                                                                                     
3.    Идея рая.
Есть все основания полагать, что сама идея рая, сада богов, имеет шумерское происхождение. Шумерский рай помещается, согласно поэме «Энки и Нинхурсаг (Нингирсу)», в Дильмуне, землях к востоку от Шумера. Там же, в Дильмуне, аккадцы (семитское племя, завоевавшее шумеров) позже поместили свою страну жизни, обитель бессмертных. И есть убедительные указания на то, что библейский рай - Эдем, также описанный как сад к востоку, откуда берут начало воды четырёх мировых рек, в том числе Тигра и Евфрата, изначально был идентичен Дильмуну, шумерской райской земле. 4.    Создание Евы из ребра Адама.
Однако самым интересным результатом сравнительного анализа шумерской литературы стала содержащаяся в ней разгадка одного из самых загадочных мотивов в повествовании о библейском рае, знаменитого сюжета о сотворении Евы, матери всех живущих, из ребра Адама. Почему ребро? Почему еврейский сказитель считает его более пригодным, нежели любой орган тела, для создания женщины, чьё имя - Ева, согласно указанию Библии, приблизительно означает «та, что даёт жизнь». Причина становится совершенно очевидной, если мы обратимся к шумерским литературным источникам, таким, как поэма о Дильмуне, лежащей в основе библейского сказания. В этой поэме одним из больных органов Энки было ребро. По – шумерски ребро – «ти». Богиню, сотворенную для излечения ребра Энки, зовут поэтому Нин-ти - «госпожа ребра». Таким образом, Нин-ти может означать «госпожа, дающая жизнь», точно также, как и «госпожа ребра». Поэтому в шумерской литературе словосочетание «госпожа ребра», стало отождествляться с выражением – «госпожа, дающая жизнь». Именно этот литературный каламбур был перенят и увековечен библейским сказанием о Рае.

5.    Техника творения.
Сотворение, согласно библейским и шумерским писателям, производилось в основном двумя способами: божественным методом - приказом и непосредственным – деланием, вылепливанием. В обоих случаях творению предшествовал божественный замысел, хотя это и не требовало особых оговорок.

6.  Потоп.
Помимо упоминания человечества в целом, смертным отводится незначительная роль в шумерских мифах. Кроме мифа об Инанне и Шукаллетуде, есть ещё только один миф с участием смертного. Это хорошо известная история о потопе, столь важная для изучения Библии. К сожалению, на сегодняшний день существует одна найденная при раскопках табличка, да и то найдена одна треть. Начало таблички отбито, и первые пригодные для прочтения строки повествуют о сотворении человека, растений и животных, о божественном  происхождении царственной  власти, об основании и наречении пяти старейших городов, посвященных пяти божествам – покровителям. Далее мы узнаем, что несколько божеств горюют и сокрушаются по поводу решения богов наслать потоп и уничтожить человечество. Зиусундра, шумерский аналог библейского Ноя, представляется в повести набожный, богобоязненный царь, который пребывает в постоянном  ожидании божественных снов и откровений. Он становится у стены, где слышит голос бога, возможно Энки, оповещающего его о решении, принятом божественным собранием, наслать потоп и уничтожить людское семя. Миф наверняка продолжается подробными наставлениями Зиусудре по строительству большой лодки, чтобы он смог спастись от бедствия. Но всё это не сохранилось из-за довольно большой трещины на табличке. Когда текст возобновляется, мы читаем, что потоп со всей свирепостью уже обрушился на землю, где бушевал семь дней и ночей. К концу этого срока бог солнца Уту выходит на небо, чтобы осветить и обогреть землю, и Зиусудра простирается пред ними ниц и приносит в жертву овец и волов. Последние строки мифа описывают обожествление Зиусудры. После того как он простёрся ниц перед Аном и Энлилем, он получил в дар жизнь бога и был перенесён в Дильмун, божественную райскую страну, место где восходит солнце.

7. Вавилонская башня и рассеяние народов.
История строительства Вавилонской башни коренится, несомненно, в попытке объяснить существование месопотамских зиккуратов. Для евреев эти башенные сооружения, которые часто можно было видеть в состоянии разрушения и запустения, стали символом человеческого чувства уязвимости и неуёмной жажды власти, чреватой уничтожением и страданиями. Вряд ли поэтому следует искать параллели этого сказания у шумеров, для которых зиккураты олицетворяли связующее звено между небом и землёй, богом и человеком. С другой стороны, мысль о том, что было время, когда все народы на земле имели один язык и те же слова, и что это счастливое государство было разрушено по воле рассерженного божества, имеет, возможно, аналогию в эпическом сказании золотого века шумеров – «Энмеркар и Владыка, повелитель Аратты».

8.  Закон.
То, что библейский закон и известный с давнего времени «Свод законов Хаммурапи» имеют много общего в содержании, терминологии, даже в расположении, подтверждают все, кто занимался изучением Библии. Но «Свод Хаммурапи», как выяснилось в последнее время, - это аккадская компиляция законов, в основу которой  лёг шумерский оригинал. Действительно, есть всякие доводы в пользу того, что чрезвычайный рост и развитие правовых положений, практик, прецедентов и компиляций на Древнем Ближнем Востоке восходит в основном  к шумерам с их довольно однобоким упором на соперничество и первенство.

9. Божественное  возмездие и национальная катастрофа.
Месть Яхве - уничижение и истребление народа - является постоянной темой библейских сказаний. Обычно национальная катастрофа является следствием насилия со стороны какого-то соседствующего народа, специально избранного Яхве в качестве своего бича и кнута. Этой теме в историографическом документе («Проклятие Агаде») есть довольно интересная параллель, Энлиль, верховное божество шумерского пантеона, разгневанный богохульством правителя Агаде, обратил глаза на горы и наслал оттуда вниз жестоких, свирепых кутиев (кочевые племена), которые разрушили не только Агаде, но и почти весь Шумер.

10. Страдания и покорность. Мотив Иова.
Совсем недавно стало доступно одно поэтическое шумерское эссе, представляющее довольно необычное значение для изучения Библии. Его центральная тема, человеческие страдания и покорность, идентичны тем, что с таким чувством и красотой явлены в библейской книге Иова. Даже сюжет пролога один и тот же, человека (безымянный в шумерском сказании), который был богат, мудр, праведен и имел многочисленных друзей и родню, однажды, в силу неизвестных причин, постигли болезни, страдания, нищета, предательство и ненависть. Однако шумерское эссе, состоящее из менее ста пятидесяти строк, несравнимо с библейской книгой по широте, глубине и красоте, по настроению, характеру и содержанию она горазда ближе слёзным и жалобным псалмам Книги Псалмов.

11. Смерть и загробный мир.
Библейский Шеол, а также Аид греков, имеют свой аналог у шумеров, - Кур. Как еврейский Шеол, Кур был тёмным, жутким обиталищем мёртвых. Это была страна, откуда не возвращаются, откуда в виде исключения можно вызвать тень личности для расспросов. В шумерских литературных документах есть ещё несколько других параллелей с еврейскими представлениями о нижнем мире. Изображение его как скорбной обители бывших царей и правителей, появление оттуда теней умерших, заточение в него бога Думузи, библейского Таммуза, которого жена Иерусалима оплакивали вплоть до времён пророка Иезекиля.

Это только самые очевидные и значительные параллели Библии и шумерской литературы.  Нет нужды говорить о том, что этот перечень - лишь малая часть, лежащая на поверхности. В «Земледельческом альманахе» можно увидеть две библейские параллели этического свойства, упущенные в более ранних переводах: трогательное Наставление крестьянину из сострадания к «граблям» во время жатвы и к быкам во время молотьбы.
Это можно сравнить с такими литературными документами, как Псалмы, Плачи, Песня Песен. В ближайшие годы, по мере обнаружения все большего количества шумерских литературных документов, количество шумерских параллелей будет расти и множится. Можно с уверенностью сказать, что шумеры были народом столь выдающегося литературного и культурного значения для Древнего Ближнего Востока в целом, что оставили неизгладимый отпечаток в произведениях еврейской литературы, которая использовала шумерские сюжеты по своему усмотрению.